Ксерокамбос (Xerokambos)

Серпантин, начинающийся вскоре после Зироса, отделяет наш мир от Ксерокамбоса. Собственно, это не совсем Крит. Это почти край земли, каким он представлялся в детстве, — впереди только море и Неизвестное.

Если смотреть с дороги, выступающая гора делит побережье с километровыми пляжами на две части. Правое (западное) — длинный песчаный пляж, на котором откладывают яйца черепахи. Алена нашла там на берегу морскую звезду. Левые (восточные), находятся напротив самого поселка Ксерокамбос и уходят за него на восток.

По Google Earth определить точное соотношение пляжей и поселка невозможно — народ мажет страшно. Да и выяснять, где там поселение мы заранее не стремились, положившись на русское авось и утверждение одного из иноязычных сайтов, что пару-тройку аппартаментов начиная с мая на Ксерокамбосе найти можно. С этим нехитрым багажом туда и направились.

Сначала мы проехали военную базу в Зиросе:

Потом пошли красивые и дикие места. Затем начался спуск.

Тот самый серпантин — грань между мирами (может и пафосно, но если кто может это назвать более точно — велкам).

Серпантин совсем неутомительный — без встречки, шоссе ровное, широкое, повороты плавные и все просматривающиеся:

По незнанию, мы решили, что те несколько домиков, видные с дороги справа от горы, и есть весь поселок.

Поэтому, выехав на ровное место, повернули направо (перед супермаркетом)  и поехали вдоль моря, присматривая жилище. Первые два показались нам частными домами, а сразу за ними был отель: Rooms to rent AKTI. И мы сразу к нему свернули.

Вот тут Случай рассщедрился — незнание местности сыграло нам на руку. Как потом выяснилось, мы остановились в самых удачно расположенных аппартаментах Ксерокамбоса. Во-первых, ближе всего к морю, во-вторых, прямо напротив скалы:

При нашем появлении вышел хозяин. Мы сказали, что хотим комнату на ночь. Он сказал:

— Хорошо!

И показал наш номер: ванная, кухонька, спальня и балкон. На двери висела табличка с ценами на год. Комнату нам сдали за 35 евро: -15 евро от номинала, спасибо то ли кризису, то ли уклонению от налогов  (паспортных данных не взяли). Хозяину оказалось достаточно наших водительских прав. Он улыбнулся и вручил на всякий случай теплый  плед.  Потом пришел и застелил кровать. И смотрел с улыбкой, как я ошалело пялюсь на темнеющее над скалой небо.

Момент требовал политеса, поэтому, еще похлопав глазами, я спросила, где тут можно поужинать. Хозяин задумался, потом сказал, что в таверне «У Костаса» — прямо по главной дороге, вдоль поселка. Мимо супермаркета. Отлично. Супермаркет был актуален в плане предстоящего завтрака. И мы пошли. Сначала, правда, погуляли по пляжу напротив отеля.

Кроме нас и людей из домика-фургончика  никого не было.

Потом отправились в супермаркет.

По пути встретили приятную пожилую пару с пакетами — как раз из магазина шли. Они оглядели нас приветливо-внимательно, как смотрят на новеньких во всех маленьких курортных городках. Мы поздоровались и разошлись довольные друг другом.

В  супермаркете на 40 евро взяли: нивеевский крем от солнца (наконец-то!), детский мячик, сыр, минеральную воду, Метаксу, хлеб, джем, сосиски, ветчину, мед, вафли, шоколад. У хозяина спросили, далеко ли до Костаса. Он посмотрел на Алену Денисовну, нахмурился, и сказал, что примерно километр. Мы удивились — куда тут километр идти-то?

Но вышли на дорогу, поднялись в горку, и увидели, что далее асфальт углубляется в приятные сады — Ксерокамбос. Мы чуть не доехали до него, точнее, остановились на самой его западной окраине. Тут как раз включились сверчки и запахли вечерние травы. Напротив висел рекламный плакат, обещавший вкусную еду у Костаса. И мы пошли.

Вот вы знаете, вы можете обвинить меня в сентиментальности, но впечатления от поселка Ксерокамбос — как из детства, из Крыма. Точно тот же запах кипарисов и полыни, те же звуки: цикады, лающие собаки, скрип дверей, приглушенный смех и шум прибоя. Я сняла сандалии и осязание тоже не соврало: теплый асфальт. Подняла глаза: небо усыпанное звездами, как рука моего ялтинского дружка Юрки-рыжика — веснушками. И звезды эти такие же крупные, как в мои шесть лет. Кажется, можно нарвать их пригоршню и положить в карман.

В общем, до Костаса мы не дошли. Увидели по левую руку таверну с высокой верандой, c огоньками. Услышали смех. И поняли, что нам сюда.

Хозяин подложил под ножку стола газету, чтобы не шатался. Потом пришла пара туристов — мадам сама постелила бумажную скатерть, принесенную хозяином, о чем-то поговорила с ним по-английски, из чего мы поняли, что они завсегдатаи. Перед ними поставили вино, они вынули карты и стали играть. В дальнем углу таверны, рядом с кухней сидели местные — гости хозяина. Они смеялись и иногда пели. А потом вдруг все загалдели и захлопали в ладоши — это на террасу поднялась молодая гречанка в черном. На руках она несла карапуза. Странное происходит с греками, видящими младенца. Они приветствуют его как знаменитость. Передают с рук на руки. Даже здоровые мужики. Хозяин куда-то побежал, а потом пришел вместе с козой — привел ее с внутреннего двора, коза трясла безрогой башкой и блеяла. Младенец смеялся беззубым ртом, дядька сидящий рядом держал дитятко за палец и улыбался.

Мы тоже улыбались. Алена встала со стула, чтобы лучше видеть  животное. Хозяин поманил ее и протянул тост с джемом (когда успел намазать?), посмотрел на меня и виновато улыбнулся, извиняясь за потенциально не доеденный дочкой ужин.

А за огнями веранды теплый ветерок чуть колыхал пальмы. В просвете между оливами и садами были видны огоньки домов и темное море.

В этот миг время как-то…соединилось.

Когда мне было шесть лет, в Ялту пришел корабль. Корабль был огромный, мне казалось он заслонял собой небо. На самой верхней палубе красовалась огромная эмблема в виде золотой короны. Люди на набережной говорили, что приплыл корабль из Греции. А Греция, я знала, это такая страна, которая лежит за тем краем моря, который упирается в горизонт,  где растут кипарисы и зеленеют горы и где жили герои из моих любимых сказок: Геракл, Тезей и Ариадна.

— А это, гляди, капитан, — толкнул меня в бок Юрка-рыжик.

И точно — на палубу вышел мужчина в белом кителе и с трубкой в зубах. Капитан, конечно, кто ж еще.

И в это самый миг, говорю, когда я смотрела в темное море Ксерокамбоса, в сторону Африки, а вовсе даже не Крыма, соединились почему-то два времени. Это, и то, когда мы с Юркой сидели на соленом камне у моря, или ревели над выкинутым на берег и растерзанным прибоем дельфином.

Дома, точнее в отеле, мы уложили Алену спать (собственно, она почти всю дорогу от таверны дремала на плечах у Дениса). Вышли на балкон, достали Метаксу, сыр и шоколад. Полюбовались на каких-то скандинавов на джипе Сузуки, приехавших в ночи и молча поднявшихся на последний — третий этаж. Как мы позже поняли — Акти был одним из самых заселенных аппартаментов в Ксерокамбосе.

Ну а потом я решила, что надо ложиться. Денис, глядя в GPS говорил, что скоро взойдет луна. Ну, луна, подумала я. И ушла в ванную.

А когда вышла и открыла балконную дверь, увидела то, нереальнее чего, наверное, еще не видела. Сначала луна вышла из-за горы:

Чуть поднялась:

Сменила оттенок:

И пошла к скале:

Утром мы решили, что останемся в Ксерокамбосе еще на одну ночь (больше нельзя, к сожалению, т.к. нужно было забирать вещи из Виллы Ириды и  переезжать в Спили).

Хозяина наше решение не удивило. Он просто взял деньги, улыбнулся и сказал:

— Хорошо!

Вообще, это был идеальный хозяин. Не лез с вопросами-расспросами, но при этом всегда находился рядом. В его комнате — правом крыле Акти жил попугай. Который существовал вне клетки, отчего дверь была всегда затянута сеткой.

После завтрака Денис убедился, что желтые облака — это не оптический обман, как он подумал накануне вечером, глядя в небо.

— Оптический обман, — улыбнулся хозяин, пожелал хорошего дня, и пошел делать портик с рабочими на площадке.

— Песок из Африки, — подумав, сказал Денис.

Я ему верю. Нигде больше таких облаков мы не видели.

Позавтракав, погрузились в машину и поехали на левые пляжи (хотя, можно было и дойти — это мы по незнанию перестраховались из-за ребенка). Проехав супермаркет, миновав подъем, свернули направо. Комнат и аппартаментов сдавалось много. По дороге шла барышня со складным стулом подмышкой. Денис аккуратно объехал ее и когда она все же испуганно отскочила, заметив машину, сказал с улыбкой:

— Пардон, мадемуазель!

Пришли на пляж:

Потом дошла и девушка. Которая оказалась гиперобщительной. Из нашей короткой встречи на дороге она вынесла для себя, что мы французы. И потому, когда мы с Аленой пошли купаться, стала подбадривать нас на дикой смеси французского, которого ей явно не хватало, отчего она переходила на английский и — когда я ее начинала понимать, перескакивала на неведомый мне язык, оказавшийся, как выяснилось, греческим. Из ее английской части речи я поняла, что:

a) она мечтает похудеть, потому что у нее целлюлит, поэтому она на месяц приехала на самое изумительное место на Крите — Ксерокамбос, где будет мало есть и много плавать и гулять;

б) она из Афин;

в) ее друзья любят нырять здесь, часто ловят осьминогов и относят их Костасу, у которого отличная таверна с настоящей греческой едой.

Потом она еще что-то говорила по-французски. Отчаявшись, я выудила из памяти такую греческую фразу:

— Дэн каталавэне (я не понимаю), — добавив, — unfortunately.

И сказала, что мы из России. После этого, к счастью, она говорила только по-английски (я отвечала) и по-гречески (я улыбалась). Скрепили международную дружбу купанием моего ребенка, весело хохочущего и повизгивающего от еще прохладной воды (13 мая).

Вскоре приехали на пляж давешние люди на фургончике, оказавшиеся многоголосой итальянской семьей и внимание гречанки переключилось на них.

А мы с Аленой пошли вдоль берега.

Нашли краба. Поймать не решились — большой! Он угрожающе задирал клешни и залез под камень.

Мы опять бродили вдоль брега:

А потом я решила, что песок и камни поют. Но нет. Это играла на скрипке девушка. По-моему, это была музыка, которую сочинила она сама. И именно для Ксерокамбоса:

Она играла, глядя на скалу и мне казалось, что это пел ветер…

И еще долго мы были на том пляже. И снова — грелись, зарываясь в песок и купались на песчаном пляжике, когда становилось жарко.

А обедать решили у Костаса. Ну сколько можно — столько слышали о нем!

Таверна его находилась уже близко к выезду из Ксерокамбоса. И нам там понравилось гораздо меньше, чем во вчерашней таверне. Во-первых, дороже. Во-вторых, порции меньше (по греческому салату судя). В-третьих, сам Костас какой-то напряженный… И улитки у него мелкие! Можно было покрупнее наловить. 🙂 А стоят, между прочим, 10 евро (жмот, в Ханье и то 8).

Весь вечер мы гуляли по дальним пляжам:

Бродили по пустынным берегам:

И просто глядели на край земли:

Машинки отдыхающих, которых мы всех успели увидеть за этот день, возвращались домой — многие со стороны Закроса, куда мы планировали направиться завтра. В соседней бухточке купались юноша и девушка. Нипочем им был ветер, поднявшийся этим майским вечером. Кажется, они были влюблены… и не было вокруг них никого и ничего, кроме скал, песка и моря.

Ужинали мы там же, где и вчера. К слову, с этого момента раз и навсегда определили для себя формулу выбора таверны. Отныне мы шли есть туда, где нам просто понравится — атмосфера, хозяин, сидящие люди… даже если еда окажется не ахти, хотя бы эмоциональное удовольствие получишь.

Правда, в этой таверне все было хорошо, еда в том числе. В свое время пришла давешняя пара отдыхающих. Дама постелила бумажную скатерть и они уселись пить вино и играть в карты. У Алены нашлась подружка — внучка хозяина — Эва, с которой дите гоняло весь вечер — и по внутреннему двору, и по веранде. Разные языки совсем не мешали им — у одной был игрушечный единорожка, у другой — цыпленок. В принципе, вполне достаточно:

А вечером мы снова устроились на балконе. На этот раз уже с четким намерением дождаться восхода луны. Сначала небо было черным и даже моря мы не видели.

Потом стало светлеть, появились очертания скалы и яркая неровная половинка:

Потом из-за горы показалась она целиком:

И стала медленно двигаться по небу:

Мимо нашего балкона:

На запад:

А утром мы уехали на восток. На Закрос.

Далее – Закрос »

14 Комментарии

  1. cinnamon

    *И в это самый миг, говорю, когда я смотрела в темное море Ксерокамбоса, в сторону Африки, а вовсе даже не Крыма, соединились почему-то два времени.*

    ой, как я Вас понимаю!!..читая, у меня аж у самой мурашки побежали — от ощущения волшебства, которое на Крите меня не покидает))

  2. merci (Автор записи)

    да, именно… очень соскучилась я по этому волшебству:)

  3. Marigri

    Находясь на Крите, отдыхая после моря и раздумывая, куда отправиться, открыла Ваши шедевры, иначе то, что читаю, не назовешь… Спасибо огромное!!!

  4. merci (Автор записи)

    Спасибо за ваши слова, Marigri!
    Надеюсь, что прочитанное вам пригодилось!

  5. Alex

    Вспоминаем очень часто великолепный Ксерокампош!!! Были проездом, обедали у Костаса… Но обязательно вернемся — пожить неделю-другую)))

  6. krausen

    Я тоже очарован Херокамбосом до глубины души. Я считаю что в этом месте есть источник радости который наполняет сердца приезжающих неимоверным счастьем. Ваш отчет только подтвердил мои слова.

  7. merci (Автор записи)

    Alex, krausen, да… музыка Ксерокамбоса не забывается. )

  8. Denis

    Не вспомните как найти в поселке таверну, которая Вам понравилась?

  9. merci (Автор записи)

    Denis, она называется Liviko, вот ее сайт:

    http://www.livikoview.gr

  10. Жанна

    Как приятно читать! Просто слов нет, как Вы красиво все описываете. Уже 5 раз была на крите, но сторона про которую Вы пишите мною еще не исследованна. После такого рассказа мне точно сюда. Спасибо

  11. merci (Автор записи)

    Жанна, спасибо! Сама по Ксерокамбосу скучаю… давно не была.

  12. Олег (zimolev)

    Подскажите, как называется таверна в которой вы ужинали?

  13. Олег (zimolev)

    Поднял глаза и увидел 🙂
    P.S. У Вас таки не получается поехать на Крит?

  14. merci (Автор записи)

    Олег, в этом году, к сожалению, нет… Тоскую безумно. Буду ждать ваших рассказов. )

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.